Артефакт №1: нож opinel

Советская поэзия времен НЭПа как суровый корень русского панк-рока

1844 days 22 hours ago (20.01.2007 18:22)

Лазил сегодня по центру, залез в книжный магазин, поскольку с детства люблю разглядывать картинки на обложках. Самые мощные обложки повстречал в отделе «Особо засранные и дряхлые буквари для ценителей». Там одни шрифты чего стоят. Но это уже для других ценителей. Для ценителей шрифтового дизайна.

Среди прочего увидел брошюру 1935 года с настолько наглухо нереальным названием, что решил открыть, поискать знакомые буквы. Чутье меня не подвело. Оказался клад поэтики.

Никак не ожидал найти текст этого зла в интернете, тем более, что не запомнил ни названия ни имени автора, и тем не менее врожденные поисковые навыки не подвели, и вот оно. Это покруче стихов Суковского про расстрел крокодила из пулемета.

Кстати, по поводу пулеметов. Проходя мимо Музея Революции (теперь он Музей Контрреволюции), обнюхал и общупал припаркованный ошуюю парадной броневик на предмет выяснения ТТХ и прочего. Порадовали бронешторки, прикрывающие кожухи пулеметов с боков. Пламягасители какие-то немаксимовские, впрочем, мало ли там модификаций было. Фаркоп подозрительно современного вида, и вообще, создается впечатление, что это не фиат 1909 года, как гласит табличка, а какой-то новодел, причем, вероятно, на ходу, в консервации. На случай следующего государственного переворота. Кстати, башенки впечатляют. Грамотно разнесены по глубине. Против пехоты и кавалерии — самое оно. Плохо только, что силуэт нереально высокий и центр тяжести высоковат. Тут не то, что по долинами и по взгорьям скакать, а в городе в повороты вписываться надо на первой передаче. Если это макет, в смысле из металлолома, который пионеры в 1970-х насобирали — нафига такое перед музеем ставить. А если массово-габаритный макет, в смысле как АКМ с просверленной газовой трубкой — то откуда современный фаркоп. И еще, корпус правой пулеметной башни снизу не закрыт бронелистом. Если подделка — все понятно. А если настоящий броневик — тоже есть объяснение. Чтобы экипаж (5 рыл) мог ссать, не покидая свою передвижную противопульную защиту.

Еще был в Алмазном фонде. Видел много блестящих камешков. Художественной ценности не представляют. За исключением коронационного комплекта (Корона Российской Империи, та самая, которую неуловимые мстители ловили, скипетр, сильно зацарапанная наждачкой держава, малая корона для девушки). Он представляет. Всяко красивее Короны Британской Империи. Фотографировать запрещено, но, в принципе, основные моменты, как писать маслами золотые самородки (в Age Of Empires все аутентично отрисовано — оно так в камне и встречается), алмазы, брильянты и прочие блестящие геологические образования я схватил. На досуге потренируюсь.

Итак, поэма.

Илья «Карл» Львович Сельвинский, отец белого медведя Умки, кстати («Умка — Белый Медведь», 1933), профессиональный борец, полярник, и вообще мужик пафосной биографии

Поэма «Улялаевщина», 1927

Телеграмма пришла в 2:10 ночи.
Ковровый тигр мирно зверел,
Когда турецких туфель подагрический почерк
Исчеркал его пустыню от стола до дверей.
В окно был виден горячий цех
Где обнажалось белое пламя…
Комната стала кидаться на всех
Бешеными вещами-
И матовый фонарь, оправленный в кость,
Подъятый статуей настольного негра,
Гранеными ледышками стучался от энергий
В крышку чемодана из крокодильих кож,
Куда швыряло акции, керенки, валюты,
Белье, томик Блока, стэк с монограммой,
Шифрованное слово страшной телеграммы
Таинственное — «революция».
Суеверно сунут копеечный Спас.
Двор под черепом автомобиля ожил.
Судорожно свел никелированную пасть
Крокодил из чемодановой кожи -
Пока на подоконнике двуносый бульдог,
Копируя карикатурный обрюзг миллионера,
Стерег рассвет зеленовато-серый
И вздрогнул, заслыша гудок…
В окно неслась огневая метель:
В горячем цеху зарождалось солнце,
Как будто молотом и бессонницей
Там ковали мятеж!
Забойщики, вагранщики, сверловщики, чеканщики
Строгальщики, клепальщики, бойцы и маляры,
Выблескивая в лоске литье ребер и чекан щеки
Лихорадили от революционных малярий.
Хотя бы секунду, секунду хотя бы
Открыть клапана застоявшихся бурь…
А в это время Петербург
Вдребезги рухнул в Октябрь.
Директор узнал об этом раньше рабочих.
В. Н. Сугробов, горный король,
Оставил в кабинете обручи для бочек
И недокусанный сэндвич с икрой.
Да несколько депеш: капитану Канари,
Своей супруге Тате и некой мадам -
И вот крокодиловой кожи чемодан
Умчался, уменьшаясь в рубиновый фонарик…
А здесь, на костях, по болотной чаще,
Где только порханье нетопырей,
В грохоте колес, нажимая все чаще,
Головокружительно мчался и мчался
Завода ночной экспресс.
Но в день, когда черным углем на тракт,
Окровавленный знаменами, высыпал завод-
Казачья сотня, кривясь от зевот,
Тащилась атакой на вялых ветрах.
Казаку скука: рабочий, скубент…
Другой раз ни разу не дашь палаша:
Пару-другую конем положа,
Всего-то и бою, что гикнешь: «Бей!!»
Но тут уж ворочался с Мазура и Стохода
В шинели, закрахмаленной в крови,
В волдырях, обмотанных верстами походов,
Обрыганный вшами фронтовик.
И не успев ладно умучить, как люди,
За войну перелапанных дома баб,
С обрезом винтовки, от желчи лютый,
Красногвардейщиной пер в хлеба.
Как бочка, где бродит хмель и вода,
Пучась от газов, взрывает обруч -
Россия во чреве растила удар,
Разнесший ее христомордый образ.
И дедкой за репку по пене по той
Пошла катиться на ширмах «Петрушка»:
Паук-протопоп, крича про потоп,
Да туз-буржуй на пушке,
Помещик Врангель с дяблями,
Ножки-фри, икотица…
Эй, яблочко,
Куды ж ты котисся?!
А пена капустой айда гуляет!
Это не люди, не стар и млад:
Это прет единица с нулями,
Это ожила сама земля.
Сама земля — погорелица,
Отряхаясь корнями рук;
Это мох бородой по коре лица,
Эго рыжих листьев под шапкой шум,
Это сап со свистом корчит гримасы,
Тиф кишками по швам в треск…
Выше громов вырастают массы -
Масссы через три «эС».
Если бы дым их избяных труб
За день сконцентрировать и просеять сажей-
Черный крест жирнотою в сажень
Лег бы по экватору и полюсам на круг.
Если бы из организма партизанских войск
Выпарить соль и разложить по улице:
С точностью до одной n-ной 7/10 унции
Пришлось бы каждому буржуа на хвост.
И та-та-таканье пулемета-та-та-та
И гранат лирический взвой-
Все воспевает исторический смотр
Массы, прущей в набатный звон.
Это был-труба, барабан!
Их последний — да. Раба!
И реши — жих-жах!
тельный бой — нив и шахт!
С Интер — пулеметы — нацио
Дзум пыйхь — оналом
Воспрянет — трубы — род — барабаны:
Людской! Гром. Бой.
Но покуда защищалась буржуятина клятая,
И завод дыбился рывком,
С морей налетел товарищ Гай, агитатор,
И с ним походный ревком.
Товарищ Гай: небольшой тик справа, .
Точно под скулой кишели муравьи,
Но торчали в глазницах черных, как рвы,
Круглые очки в железной оправе.
…

Кто проникся, тут полный текст: [ >>> ]

Социальные аспекты права на ношение оружия

1383 days 20 hours ago (25.04.2008 21:59)

1.Значение права на ношение оружием для общества.
2.Последствия ношения оружия для его владельцев.
3.Гражданское оружие и профессиональная преступность
4.Гражданское оружие и бытовая преступность
5.Злоупотребления правом на оружие и ограничения на его продажу.
6.Насилие, оружие и нелетальное оружие
1. Значение права на ношение оружия для общества.
1.1 Вопрос: Почему вы уделяете такое внимание оружию? Разве нет более важных проблем?
Ответ: Право на самозащиту это одно из важнейших, одно из самых первичных человеческих прав. Без него все остальные права рискуют остаться пустыми лозунгами.
Можно ли говорить о вашем праве на жизнь, если вас лишают практической возможности ее защитить? Существует ли у вас право на собственность, если запрещено остановить грабителя? Надежно ли обеспечено ваше право на свободу, если при попытке отобрать ее силой, вы сможете сопротивляться только языком? А лишение права на ношение оружие это и есть фактический запрет на самозащиту за пределами собственного дома. Российское законодательство позволяет хранить ружья для самообороны только у себя в квартире.
Если вы не супермен, то вряд ли сможете невооруженным противостоять группе преступников или хотя бы и одному, но вооруженному бандиту. Людям физически слабым, больным, пожилым, женщинам хрупкого телосложения почти невозможно защитить себя, даже если преступник один и не вооружен. Почти всегда нападающий значительно превосходит их по физической силе. Сегодня государство фактически гарантирует преступнику полную безопасность при нападении на слабых. И только огнестрельное оружие позволяет превратить конституционное право на самозащиту из пустой декларации в реальность даже для прикованного к креслу. инвалида.
1.2 Вопрос: Не лучше ли вместо того, чтобы вооружаться улучшить работу правоохранительных органов?
Ответ: Улучшить работу правоохранительных органов действительно необходимо. Но никакие, даже очень эффективные, свободные от коррупции правоохранительные органы принципиально не могут заменить самозащиту и гражданское оружие. Их основная работа – поиск преступников. Задержать преступника прямо в момент нападения и при этом еще до того как он успел нанести ущерб своей жертве – очень редкая удача даже для идеально работающей полиции.
Ведь преступления редко совершаются на глазах у милиционеров. Они не в состоянии обеспечить дежурства в каждом парадном, ездить с каждым автобусом и вагоном метро. Почти всегда служители закона прибывают на место преступления уже после того, как оно совершено. Очень важно лучше раскрывать преступления, но если вы уже в могиле или в инвалидном кресле, то самые лучшие следователи не дадут вам того, что могло бы дать личное оружие — шанса на спасение.
Возьмем простую аналогию. Благодаря естественному иммунитету наш организм сам успешно справляется с большинством микробов, которые в него попадают. Но иногда собственного иммунитета оказывается недостаточно, и чтобы побороть инфекцию мы прибегаем к антибиотикам.
Ну а если естественную сопротивляемость организма искусственно подавить? Тогда любая, самая банальная инфекция, каждый насморк, каждый чих становятся для нас смертельно опасными. Мы вынуждены непрерывно принимать антибиотики, все более и более сильные. Мы страдаем от их побочного действия, а тем временем бациллы развивают устойчивость все к новым лекарствам из-за их слишком частого применения. Проходит год-другой и человек может стать инвалидом.
Именно это происходит с нашим общественным организмом. Запрещая ношение оружия, государство подавляет естественный механизм сопротивления общества преступности, пытаясь переложить всю ответственность за безопасность жизни граждан на правоохранительные органы. Их численность все растет. И хотя по числу милиционеров на душу населения мы уже намного превзошли все развитые страны, единственным заметным результатом этого становится стремительный рост поборов: с автомобилистов, с уличных торговцев, с людей, не оформивших вовремя регистрацию по месту временного пребывания, и т.п.
Кстати, если уж на то пошло, право на ношение оружия может быть одним из путей улучшения работы наших органов правопорядка. Оно позволит сократить раздутые штаты патрульно-постовой службы и за этот счет улучшить материальное обеспечение настоящих профессионалов, занимающихся раскрытием преступлений: дознавателей, криминалистов и т.д.
1.3 Вопрос: Почему вы настаиваете именно на праве ношения оружия? Ведь право владеть длинноствольным огнестрельным оружием и использовать его для защиты своего дома у нас уже есть.
Ответ: Подавляющее большинство нападений происходят вне дома. Значит, ныне действующий Закон об оружии в 9 случаях из 10 лишает нас права на реальную самозащиту.
1.4 Вопрос: Почему вы хотите легализовать именно короткоствольное оружие — пистолеты и револьверы? Существующее законодательство уже позволяет нам владеть ружьями.
Ответ: Главное преимущество пистолета – возможность скрытого ношения, создание ситуации неопределенности для потенциального преступника.
1.5 Вопрос: Почему вы рассматриваете возможность скрытого ношения как преимущество? С какой статьи законопослушному гражданину нужно скрывать свое оружие, если он не собирается злоупотреблять им? Может быть, наоборот, если и разрешить ношение, то только открытое, в наружной кобуре?
Ответ: Открытое ношение оружия дает преступнику гораздо больше шансов разоружить его владельца при внезапном нападении.
Но, в первую очередь, дело в другом. Скрытое ношение оружия создает для потенциального преступника ситуацию неопределенности. Он не может знать, вооружена ли его возможная жертва. Поэтому от скрытого ношения оружия выигрывают не только его владельцы, но и все общество в целом. Часть преступников, может быть, и не станет примерными гражданами, но грабежам и убийствам предпочтут менее опасные преступления, наподобие краж, при которых будет меньше шансов попасть кому-нибудь на мушку.
2. Последствия владения оружием и применения оружия для обороняющегося
2.1 Вопрос: Какой смысл в оружии, если оно все равно не может гарантировать безопасность? Ведь преступники лучше подготовлены для схватки.
Ответ: Смысл в том, чтобы дать себе дополнительный шанс отразить нападение. Ведь абсолютных гарантий безопасности не существует. Даже главы государств, которых охраняют тысячи агентов, и то время от времени становятся жертвами покушений. Поставим вопрос иначе: Повышает ли владение оружием вашу способность дать отпор преступнику? А здесь ответ однозначен — резко повышает. По данным Бюро правовой статистики США из людей, защищавших себя огнестрельным оружием при нападении, пострадал каждый пятый, а из тех, кому пришлось защищаться без него — каждый второй. Причем в число пострадавших здесь входят и те, кто получил травму еще до того, как прибег к оружию.
Если же говорить о практике, то в странах, где ношение оружия разрешено, в подавляющем большинстве случаев его эффективное применение при самообороне сводится к выстрелу в воздух или простой демонстрации оружия. Это обычно оказывается достаточным для того, чтобы остановить нападение. Хотя, при всем при том, даже по заниженным, по мнению многих исследователей, данным ФБР, в США на долю частных граждан между 1996 и 2003 пришлось более трети оправданно застреленных преступников. (Остальные на счету полиции).
2.2 Вопрос: Приходилось слышать мнение, что если вы не практикуетесь постоянно с оружием, то оно ничем вам не поможет, а только раздразнит нападающего и что самая лучшая тактика при ограблении – это выполнение всех требований преступника. Разве это не так?
Ответ: Разумеется, чем лучше вы будете владеть оружием, чем более будете подготовлены тактически и психологически к его применению в случае необходимости, тем эффективнее окажутся ваши действия. Но практика показывает, что для самых обычных людей самозащита с оружием в руках в несколько раз повышает шансы остаться целым и невредимым.
Дополнительно анализируя приведенные выше данные статистики о пострадавших от нападений, американские криминологи Гарри Клекк и Дон Кейтс отдельно подсчитали, какая часть травм у сопротивлявшихся ограблению с применением огнестрельного оружия была получена уже после того, как оружие было пущено в ход. Выяснилось, что жертвы ограбления физически пострадали в 23,6 % случаев, если выполняли все требования грабителя. Если же они применили огнестрельное оружие, то получали после этого травму лишь в 7,7 % случаев. Для других видов нападений ситуация похожа. В частности, при вооруженном сопротивлении резко падает доля успешных попыток изнасилования.
На примере своих знакомых, сослуживцев или родственников вам, возможно, приходилось сталкиваться с ситуацией, когда ограбление сопровождалось зверским избиением. Это продуманная тактика многих преступников применяется для того, чтобы жертва оказалась не способна обратиться в милицию немедленно после нападения, пока грабители не успели уйти далеко. Не говоря уже о том, что вовсе не при всяком нападении целью преступника является кошелек.
2.3 Вопрос: Но если придется применять оружие и при этом нападающий будет убит, то это может нанести стрелявшему тяжелую психологическую травму?
Ответ: Психологическая травма у подвергнувшихся насилию скорее всего будет гораздо серьезнее, чем у тех, кому пришлось застрелить обидчика.
Это, даже не говоря о том, что лишь в одном из нескольких сот случаев успешной самообороны дело доходит до смерти нападающего. В большинстве случаев дело ограничивается демонстрацией оружия, а в случае стрельбы речь обычно идет о неприцельном выстреле. Ну и, наконец, при попадании из короткоствольного оружия примерно в 85 % случаев дело ограничивается не смертельным ранением.
2.4 Вопрос: А как же правило: «Достал оружие – стреляй»?
Ответ: Тактика самообороны с оружием не сводится к одной двум фразам. Это правило применимо лишь в некоторых ситуациях, например, таких, когда нападающий сам держит в руках пистолет или находится так близко, что вы рискуете быть обезоруженным, не успев сделать выстрел.
2.5 Вопрос: Вы не думаете, что применять в России оружие при самообороне себе дороже? Ведь, если не дай бог попадешь в кого-то, затаскают по следствию, по судам.
Ответ: Если кто-то ранен или застрелен, то разбирательство оправданно и неизбежно. Конечно, приятного в этих процедурах мало, но обойтись без них нельзя.
Теперь, когда в Уголовный Кодекс внесены поправки, устранившие при наличии угрозы жизни требование соразмерности средств, применяемых при необходимой обороне, характеру нападения, когда, для наиболее тяжких преступлений может быть выбран суд присяжных, вы можете надеяться, что в конечном итоге ваши действия будут признаны оправданными.
Конечно, наша правоохранительная система неповоротлива и коррумпирована, а судебная власть страдает от обвинительного уклона. Так что на практике серьезная опасность несправедливости существует. Особенно, если отсутствуют свидетели или вы не можете позволить себе квалифицированную юридическую помощь. И только вы имеете право выбирать: риск смерти, увечья для вас, ваших близких или неприятные разбирательства и серьезный риск несправедливого обвинения. Если вы выбираете бездействие, то имеете на это полное право. Но признайте тогда и право других людей принять другое решение и защищать себя и своих близких. На эту тему, кстати, есть старая английская пословица: «Лучше стоять перед двенадцатью (перед присяжными), чем лежать на руках у шестерых (в гробу)».
В любом случае, наличие огнестрельного оружия принципиально ситуацию не меняет. Если бы нападавший погиб от удара топора, куска арматуры, кухонного ножа или кирпича, вы тоже должны были бы доказывать, что речь шла о законной обороне.
2.6 Вопрос: Приходилось слышать от представителей МВД, что ношение оружие, может не предотвратить, а, наоборот, спровоцировать нападение на того, кто его носит. Ведь преступники могут попытаться завладеть этим оружием?
Ответ: Оружие сегодня легко доступно на черном рынке. Так что его приобретение это всего лишь вопрос денег. Пистолет тут может быть привлекателен и больше и меньше, чем дорогая шапка или шуба, дорогие часы, мобильный телефон, сережки или перстень. Все зависит от их цены.
Но есть и существенное различие. Пистолет, в отличие от украшений и мехов обычно носится скрытно. И пистолетом в отличие от швейцарских часов себя можно защитить.
Так что позвольте не поверить, что этот аргумент подсказан трогательной заботой запретителей о нашей безопасности. Если бы это было так, то ношение золотых украшений, как и езда на дорогостоящих иномарках уже давно были бы вне закона.
2.7 Вопрос: Ношение оружия, наверно, может привести к росту несчастных случаев?
Ответ: К несчастному случаю может привести и управление автомобилем, и владение магнитофоном (люди регулярно гибнут от удара током) и купание. Но, кажется, это еще ни для кого не стало поводом требовать их запрещения.
А ведь уровень риска, связанный с огнестрельным оружием, относительно невелик. Так в США с их 200 млн. стволов в руках частных граждан, огнестрельное оружие становится причиной смерти лишь 8 раз на тысячу несчастных случаев с летальным исходом. Шансов погибнуть из-за огнестрельного оружия для американца почти в 4 раза меньше, чем утонуть или стать жертвой пожара, в 16 раз меньше, чем разбиться при падении и, наконец, 54 раза меньше, чем стать жертвой автомобильной аварии.
Но главное, это то, что в отличие многих других видов несчастных случаев риск, связанный с оружием, можно почти полностью устранить. Невозможно гарантировать себя от столкновения на дороге, поскольку оно может возникнуть по вине другого водителя, в связи с погодными условиями, плохим состоянием дорожного полотна. А вот тщательность выполнения правил безопасного обращения с оружием будет зависеть только от вас.
3. Гражданское оружие и профессиональная преступность
3.1 Вопрос: Зачем принимать закон, который позволит преступником вооружиться?
Ответ: Преступникам, для того чтобы вооружиться, закон не нужен. Они и так прекрасно вооружены. В стране, по оценкам криминологов, в незаконном обороте находится МИЛЛИОНЫ стволов украденного со складов или ввезенного контрабандой огнестрельного оружия. Ежегодно правоохранительными органами изымаются свыше трехсот тысяч нелегальных стволов. А это ведь только верхушка айсберга. Купить нелегальное оружие очень просто. Были бы деньги. Запрет на оружие существует только для законопослушных граждан. Так что речь сегодня идет о том, чтобы закон, наконец, перестал мешать честным людям вооружаться для защиты от преступников.
3.2 Вопрос: Но все-таки стоит ли позволять преступникам свободно вооружиться еще и легально?
Ответ: Конечно, этому следует по возможности препятствовать. Но меры ограничивающие преступников должны быть точно направленными, а не бить по нам всем. Мы считаем разумным сохранить для ношения пистолетов, правило, действующее сегодня для лицензий на владение ружьями. Разрешения на огнестрельное оружие должны получать только люди, не имеющие судимости.
Вполне возможно также введение лишения права на ношение оружия, как особой формы наказания. Продолжительность такого поражения в правах может быть и дольше нынешнего срока снятия судимости. В первую очередь, если речь идет о правонарушениях, хотя и не самых тяжких, но связанных с применением насилия или с принадлежностью к организованной преступной группе. Однако значение этих мер не стоит преувеличивать. Бандиты легко приобретут криминальное оружие.
3.3 Вопрос: Но при таком подходе есть возможность того, что преступники еще не бывшие под судом получат легальное оружие. Пусть нелегальное у них есть и так, но нынешний закон хотя бы не дает преступникам возможности свободно носить это оружие. Они находятся под угрозой задержания за владение им.
Ответ: Возможность легально носить оружие преступники имеют и сегодня, оформляясь сотрудниками частных охранных предприятий. Возможность приобрести его напрямую лишь несколько снизит цену вопроса. Но главное здесь другое. Планировать пользоваться легальным оружием в преступных целях все равно никто не станет. При продаже оружие отстреливается. Информация о результатах хранится в пулегильзотеках. Воспользоваться для совершения преступления зарегистрированным, отстрелянным оружием – это все равно, что оставить визитку на месте преступления.
И международная и российская практика однозначно свидетельствует: преступники идут на «дело» именно с нелегальными стволами, в которых у них недостатка нет. Правонарушения с использованием легального оружия совершают лишь доли процента от числа зарегистрированных владельцев огнестрельного оружия. Да и то подавляющее большинство из них, составляют случаи незаконной охоты и нарушения правил хранения и транспортировки.
3.4 Вопрос: При массовом ношении оружия наверняка будут случаи его утери, кражи. Не пополнятся ли таким образом арсеналы преступного мира?
Ответ: Эти арсеналы давно полны. По оценкам многих криминологов сегодня по России в нелегальном обороте находится до 5 миллионов незарегистрированных стволов. Появление на черном рынке еще нескольких тысяч или даже десятков тысяч ничего здесь не изменит. Все, кто хотел получить нелегальный ствол, уже давно вооружены. В отличие от тех, кто с уважением относится к закону.
3.5 Вопрос: Но не лучше ли все-таки отобрать оружие у преступников, а не вооружаться поголовно?
Ответ: Можно, конечно, порассуждать об этом. Доводы в защиту оружия остаются в силе. Это, прежде всего выравнивание возможностей слабого при защите от нападения физически более сильного, хотя и невооруженного огнестрельным оружием преступника, возможность защитить себя при численном превосходстве нападающих. Можно упомянуть и дополнительной страховке от угрозы тоталитарной диктатуры, и о повышении обороноспособности страны и, наконец, вспомнить об аморальность самого запрета на естественное право осуществлять эффективную самооборону.
Но по сути дела все эти разговоры беспредметны. Осуществить даже частичное «разоружение» тех, кто не отличается законопослушностью, может разве что тоталитарный режим. Продвинуться к этой цели можно только, используя жесточайшие репрессии, полностью наплевав на презумпцию невиновности, на все права и свободы граждан, затратив не один десяток лет и при этом истребляя и грабя своих сограждан в масштабах, которые никаким преступникам и не снились бы.
Когда попытки запретить владение оружием предпринимаются в свободных или даже относительно свободных странах, они неизменно заканчиваются провалом. Оружие изымается у законопослушных граждан, а число нелегальных стволов только возрастает. Города США, где существуют запрет на ношение оружия гражданами – Вашингтон, Чикаго, Нью-Йорк – отличаются максимально высоким уровнем преступности.
Обратимся к статистике. Наиболее жесткие анти оружейные законы в США действуют в округе Колумбия (где расположен Вашингтон) с 1976 года. За 5 лет предшествующих введению запретов число убийств снизилось с 37до 27 на 100 тысяч жителей , число ограблений с 1,514 до 1,003. За 5 лет после принятия анти оружейного законодательства число убийств вновь возросло до 35, а число ограблений до 1,635 на 100 тысяч жителей.
В штатах, вводивших право получать лицензии на скрытое ношение оружия всем прошедшим курс обучения несудимым гражданам, наоборот, наблюдалось после этого статистически значимое снижение преступности, связанной с применением насилия – убийств, нападений, изнасилований.
То же оказывается верным и для других стран. В 90-хх годах в Великобритании происходило ужесточение анти оружейного законодательства, в США же, наоборот, в большинстве штатов начали действовать законы, разрешающие скрытое ношение оружия всем законопослушным гражданам. При этом с 1996 по 2001г. в США число ограблений снизилось с 202 до 148 на 100,000 человек за год, а в Великобритании возросло со 142 до 183 на 100,000 человек за год.
В Австралии число вооруженных ограблений в 1995 году составило 29 на 100 тысяч жителей. В 1996 г, когда было принято ограничительное оружейное законодательство, оно возросло до 34, а в 1997 г число вооруженных ограблений поднялось до 49, более чем в полтора раза превысив первоначальные цифры. Общее число ограблений, к слову сказать, также выросло примерно в полтора раза. Но особенно показательно, что даже частичное изъятие легального оружия у законопослушных граждан немедленно привело не к падению, а к росту использования разнообразного криминального оружия.
Положа руку на сердце: Неужели вы можете хоть минуту поверить, что наши правоохранительные органы, настолько лучше, умнее, некоррумпированнее, добросовестнее, квалифицированнее, трудолюбивее всех прочих, чтобы справиться с задачей полного разоружения криминала?
Так что практической возможности выбирать между вооружением честных людей и разоружением преступников у нас нет. Реальный выбор это или вооруженные преступники среди беззащитных граждан или доступность оружия для всех.
4. Гражданское оружие и бытовая преступность
4.1 Вопрос: Может быть, вы и правы в отношении профессиональных преступников. Легализация им только во вред. Но ведь есть еще убийства, совершаемые в порыве гнева, бытовая преступность, когда убивают жену, мужа, собутыльника. Она и должна будет возрасти, наверно?
Ответ: Практика убедительно доказала, что легальное оружие не вызывает роста преступности.
Оружие вообще не способно убивать. Если не верите, положите ружье посреди пустой комнаты и понаблюдайте. Такие эксперименты уже ставились, и еще ни разу ружье ни на кого не набрасывалось и никого не убивало!
Убивают только люди. Росту числа насильственных преступлений может способствовать обострение социально-психологического климата, рост алкоголизма и наркомании, разрушение семейных устоев, безработица, резкое ускорение миграционных процессов и многое другое. Все, что сильно и негативно влияет на умы людей.
А оружие всего лишь полезный инструмент. В нем нет ничего магического. У владельцев оружия не наливаются кровью глаза, не начинает расти густая черная шерсть. Точно также ничего ужасного не происходит и с их сознанием. Порядочный человек останется порядочным, негодяй негодяем. Кому-то оружие может придать чуть больше уверенности, кому-то чуть больше ответственности. Не более того.
Вы можете спросить: «Почему мы должны этому верить». Ведь множество авторитетных людей раз за разом с экранов телевизоров обещают нам массовое взаимоистребление простых граждан, срывающихся с цепи после легализации оружия. Ответ прост. Их прогнозы, если они искренни, отражают всего или их собственные глубинные комплексы, неуверенность в себе, спрятанный страх перед окружающими или представление об оружии, сформированное просмотром боевиков и чтением криминальной хроники.
Если же перейти от досужих рассуждений к твердо установленным фактам, то многократно проверено, что легализация гражданского ношения оружия не превращает нормальных законопослушных граждан в преступников. Мы знаем это и по опыту США и по опыту стран Центральной Европы и, что ближе нам, по опыту Молдавии и Эстонии, с ее районами, заселенными русскоязычным населением. Но, что гораздо более важно, мы знаем это по собственному опыту, по практике владения оружием в России.
«Если ружье висит на стене, то оно обязательно выстрелит» — говорят нам запретители, забывая, что жизнь это не театр и не боевик. Каковы же факты? По словам заместителя начальника Управления организации лицензионно-разрешительной работы ГУВД г. Москвы В. Ермоченкова на 370 тысяч зарегистрированных в Москве владельцев гражданского оружия в 2003 г былосовершено 10 (ДЕСЯТЬ – это не опечатка) преступлений с использованием этого оружия. Мы видим что, в реальной жизни, «ружье выстреливает» один раз за 37 тысяч лет!
Оружие хранится на дому. То есть именно там, где и происходят застолья, где и случается всякого рода бытовуха. Владельцы этого оружия не бескрылые ангелы, не особо отобранные, доверенные люди, в 99 случаях из 100 не трезвенники. Они также в большинстве случаев не охотники. По ныне действующему Закону об оружии многозарядное ружье сегодня может приобрести для самообороны на дому любой здоровый (в частности, психически здоровый и не страдающий наркозависимостью) и законопослушный гражданин России. Легальное оружие НЕ СТРЕЛЯЕТ зря! Это не мнение. Это факт. Для того чтобы вести себя достойно и ответственно нам с вами не нужна смирительная рубашка.
4.2 Вопрос: Эти цифры так малы, что поражают воображение. Ведь ежегодно совершается множество бытовых убийств, Как могло оказаться, что легальное оружие было задействовано всего десять раз даже не для убийств, а для всех видов преступлений!
Ответ: Когда мы говорим о бытовом убийстве, то нередко подразумеваем, что оно совершается в среде обычных, нормальных людей. А в большинстве случаев это не так. У любого нормального, социально адаптированного человека существует колоссальной прочности барьер перед убийством себе подобного. Даже в состоянии сильнейшего гнева, ярости, алкогольного опьянения он удерживает нас от преступления. Обычно чтобы преодолеть запрет требуются очень сильные стимулы: чувство самосохранения, желание защитить близких, воинская дисциплина.
Бытовые убийства в большинстве случаев совершаются людьми, принадлежащих к одной из специфических групп риска. В первую очередь это алкоголики, наркоманы и те же самые профессиональные преступники. Просто убивающие не «по службе», а в личное время и по личному поводу. А именно для этих категорий людей доступ к легальному оружию и ограничен.
4.3 Вопрос: Но ведь не все алкоголики и наркоманы состоят на учете. Разве вы можете дать гарантию, что в руках у них не окажется оружия?
Ответ: Конечно, теоретически легальное оружие может к ним попасть. Но, как мы видим, на примере длинноствольного оружия, на практике нечасто попадает. По-настоящему деградировавший человек и процедуру получения лицензии не одолеет с начала до конца и денег на оружие не соберет.
И, наконец, отсутствие огнестрельного оружия вовсе не мешает им убивать. Кухонного ножа для этого вполне достаточно. Насилие, как и разруха, рождается в головах, а не в оружейных ящиках.
4.4 Вопрос: Значит, вы уверены, что число убийств с использованием огнестрельного оружия не возрастет?
Ответ: Не исключено, что часть бытовых убийств, которые сейчас совершаются кухонным ножом, топором или сковородкой, будут совершены с помощью пистолета. Т.е. даже при общем снижении преступности количество преступлений, с применением огнестрельного оружия несколько возрастет. Нам от этого ни горячо, ни холодно. Задача же не в том, чтобы сохранить за кухонным ножом позицию основным оружия убийства в стране! Наша цель — увеличить собственную безопасность! Ее мы и достигаем. А коли так, то вопрос о доле преступлений, приходящихся на то или иное оружие, будет интересен только криминологам.
5. Злоупотребления правом на оружие и ограничения на его продажу.
5.1 Вопрос: Что бы вы ни говорили, но уроды всегда найдутся и случаи злоупотребления оружием все-таки будут. Разве государство не обязано предотвратить их?
Ответ: Любым правом и любой возможностью можно злоупотребить и всегда найдется кто-то, кто это сделает. Но требуется при этом ясно понимать одно: если постоянно равнять свою жизнь на уродов, то жизнь эта может быть только уродской.
Давайте подумаем. Точно известно, что часть водителей сядут за руль, хорошенько приняв на грудь. Означает ли это, что нужно выдавать водительские права только профессиональным шоферам? Свобода печати неизбежно означает, что в прессе время от времени будут появляться лживые и клеветнические статьи. Следует ли нам вводить цензуру? Одна из самых частых причин пожаров это курение в постели. Пора ли прекратить свободную продажу спичек и сигарет? Очевидно, что одна из самых привлекательных профессий для педофила – это педагог. Означает ли это, что нам не следует посылать детей в школу? Иногда милиционеры, прикрываясь мундиром, совершают преступления, грабят, убивают и даже образуют преступные сообщества. Готовы ли вы разоружить или даже распустить милицию? По почте нередко присылают анонимные угрозы. По ней же посылались бомбы, бациллы сибирской язвы. Должны ли мы запретить теперь частным лицам пользоваться почтой? Основное оружие убийства в России сегодня– кухонные ножи. Означает ли это, что их нужно срочно изъять из обращения? Можно выдавить глаз пальцем, в конце концов Что же, будем рубить пальцы всем, кроме особо доверенных лиц?
Этот список бесконечен. Вам не составит труда продолжить его самим. С огнестрельным оружием ситуация абсолютно та же самая. Нельзя лишать человека его права на эффективную самозащиту потому, что кто-то, где-то, когда-то может злоупотребить ими. Нельзя наказывать за несовершенное преступление.
5.2 Вопрос: Но есть же вопиющие случаи! Как, например, немотивированные массовые расстрелы в людных местах.
Ответ: Право на ношение оружия снижает опасность массовых расстрелов.
Ведь для того чтобы устроить побоище право на ношение оружия не нужно. Вы же не думаете, что человека, решившегося на массовое убийство остановит запрет на ношение оружия? Он без всяких проблем использует нелегальный ствол или легальное самозарядное ружье, которое донесет до места использования в чехле с соблюдением всех установленных законом правил транспортировки оружия.
А вот, что действительно очень нужно ему для «успеха», то есть для того чтобы убить как можно больше людей, так это их беззащитность, невооруженность. Если шанс бесславно схлопотать пулю после первого выстрела очень велик, то весьма возможно, что преступник и не пойдет на дело. Ну а если все же пойдет, то от его рук пострадает меньше людей. Заметьте, что никто из них не выбирал полицейские участки и стрелковые фестивали для своих подвигов!
Широкое распространение ношения оружия способно предотвращать массовые расстрелы и уменьшать число их жертв. Практика это подтверждает. В начале интифады среди палестинских боевиков был поначалу очень популярен такой вид терактов, как стрельба боевиков-одиночек на автобусных остановках и в других людных местах. Сейчас он практически перестал практиковаться. Почему? Практически во всех, случаях эти террористы были на месте застрелены прохожими или солдатами, находящимися в увольнительной. Это позволило сохранить множество жизней. Не то, что уйти невредимым, дожить до приезда правоохранительных органов мало кому удавалось! И пришлось террористическим организациям менять тактику и делать ставку на «живые бомбы».
Другой факт. По данным профессора Лотта, проанализировавшего статистику массовых расстрелов в США в нескольких штатах, принявших законодательство о недискриминационном праве на ношения оружия наблюдалось через некоторое время после этого снижение числа жертв такого рода преступлений. Здесь, как и в других вопросах, остается верна истина: «Оружие в руках законопослушных граждан повышает общественную безопасность».
Так что теоретическая возможность массовых расстрелов это довод за право ношения оружия, а не против него. Теоретическая, поскольку этот вид преступлений крайне редок. И лишь особое искажение картины мира, возникающее у людей, склонных получать информацию об окружающем преимущественно через падкое на сенсации телевидение, может заставить думать, что эта проблема актуальна. В действительности же у граждан США, например, существенно больше шансов погибнуть от удара молнии, чем от подобной стрельбы.
5.3 Вопрос: Ну а вашингтонские снайперы? Ведь жертвы их не видели, а значит, и защититься не смогли бы?

Ответ: Они использовали украденное оружие. В российских условиях при использовании легального отстрелянного и зарегистрированного оружия милиция, проведя баллистическую экспертизу, сможет опознать и арестовать такого снайпера после первого же выстрела. Который он, зная это, скорее всего не сделает.
Вашингтон это, кстати, город с чуть ли не самым жестким анти оружейным законодательством в США, исключающим и легальное ношение оружия, и легальное владение пистолетами. И, что не удивительно при таком отношении к праву на самозащиту, город с высочайшими цифрами преступности.
мы далеки от утверждения, что пистолет– абсолютная гарантия защиты от любых криминальных покушений. Но при подавляющем большинстве обычных нападений с оружием ваши шансы не пострадать самим и защитить ваших близких резко повышаются.
5.4 Вопрос: Но наверно эти соображения можно отнести только к взрослым. А как же расстрелы в школах?
Ответ: Еще одна проблема, важность которой тысячекратно преувеличена. По данным исследования Национального центра школьной безопасности шансов погибнуть в школе от огнестрельного оружия для учащегося меньше, чем один на миллион. Больше детей погибает даже во время игры в футбол.
И при этом к вопросу о праве на ношение оружия, эта проблема имеет довольно слабое отношение. Понятно, что на несовершеннолетних право на ношение оружия в любом случае не распространяется. Его введение (или отмена) на возможности подростка купить или украсть у родителей оружие никак не отражается. Зато отражается на том, как быстро удастся прервать такую стрельбу.
Например, ученик, устроивший расстрел в Перле (Миссисипи) в 1998 году был обезоружен помощником директора школы, которому пришлось для этого вначале сбежать за собственным оружием к автомобилю, припаркованному за пределами школьной зоны. Так что введение права на ношение оружия при условии отсутствия неразумных поправок, мешающих иметь его при себе учителям и другим школьным работникам, еще более снизило бы и так ничтожную опасность школьных расстрелов. А заодно уменьшило бы вероятность пока куда более актуальной у нас в стране угрозы – захвата заложников.
Хотя настоящее решение «школьной» проблемы, в действительности, лежит абсолютно в иной области, не имеющей никакого отношения к оружию вообще. Наиболее типичный школьный «стрелок» — это не окончательно распустившийся малолетний хулиган, а несчастный, всеми презираемый, постоянно избиваемый «ботаник», живущий в постоянном ожидании новых унижений. Это подросток, доведенный преследованием до отчаяния, зачастую до готовности кончить жизнь самоубийством, но перед этим отомстить обидчикам. И единственная надежная профилактика такой трагедии — это создание в школе атмосферы, исключающая жесткую травлю, нетерпимость преподавателей к терроризированию слабых сильными.
5.5 Вопрос: Вы считаете, что оружие должно продаваться свободно, как булочки в магазине?
Ответ: Мы выступаем за право на ношение оружия только для совершеннолетних, дееспособных, законопослушных граждан. Вполне оправданы существующие сегодня запреты на владение оружием для преступников, алкоголиков и лиц, страдающих психическими заболеваниями.
При этом существующая система лицензирования может и должна совершенствоваться, становиться более удобной для владельцев оружия. Ограничения же должны становиться более направленными. В частности, продолжительность лишения права на владение оружием может быть связана с характером правонарушения. Логично, чтобы оно было очень длительным при преступлениях, связанных с насилием, но не при, например: нарушении авторских прав, хакерстве или незаконной торговле.
5.6 Вопрос: Все шире распространяется практика профотбора в органы внутренних дел с помощью психологического тестирования, проверки на полиграфе и т.д. Вы не думаете, что, граждане, желающие иметь и носить оружие, должны проходить подобный жесткий отбор?
Ответ: Во-первых, эта практика ни от чего не гарантирует. В этом легко убедиться, наблюдая воочию результаты хваленого профотбора. Но главное не это. Неправомерно распространять профессиональные требования на простых граждан. Защищать себя — это естественное право каждого, а не привилегия для суперменов (или супер флегматиков).
И уж тем более мы не хотели бы создавать новую кормушку для коррупционеров. А при сомнительной точности, упомянутых методов отбора, нет никаких сомнений, что такое тестирование привело бы к массовому вымогательству, а вовсе не к отсеву особо возбудимых личностей.
Право на самозащиту одно из самых важных человеческих прав. Лишать его можно лишь по очень серьезным основаниям: когда речь идет об ограниченной дееспособности или фактически о дополнительном наказании за совершенное преступление (лишение права на оружие для судимых). А вовсе не потому, что кто-то оценил ваш характер, как недостаточно покладистый.
Практика применения действующего законодательства, основанного, в основном, именно на таком понимании дела, доказывает, что этого вполне достаточно. Среди миллионов владельцев длинноствольного огнестрельного оружия лишь малые доли процента совершают правонарушения. И даже среди этих немногих значительную часть составляют нарушители драконовских правил хранения и транспортировки да еще правил охоты.
5.7 Вопрос: Может быть, для получения лицензии на ношение короткоствольного оружия стоит требовать стаж 5-летнего владения гладкоствольным ружьем, наподобие того, который существует сейчас для нарезных карабинов?
Ответ: Эта мера была бы ничем не оправдана. Как уже было показано в четвертом разделе, легальное оружие практически не используется при совершении преступлений людьми, которые приобретают его безо всякого стажа.
Зато введение такого ограничения привело бы к тому, что многие люди не смогли бы воспользоваться правом на оружие именно в тот период жизни, когда они подвергались по каким-то обстоятельствам наибольшей опасности. Кроме того ружья, приобретенные без всякой нужды в них, исключительно для стажа, нередко будут храниться не слишком аккуратно, и тем самым могут стать источником гораздо большей опасности, чем то оружие, которое владельцу действительно необходимо. Это как если бы для покупки автомобиля требовался 5-летний стаж владения бульдозером! Логика абсолютно та же.
Одним из самых неприятных последствий существования такого стажа стало бы возрастание числа преступлений против молодых людей. Если купить ружье они могут в 18, то стаж у них появится в лучшем случае к 23 годам. И сегодня риск стать жертвой преступления для молодежи существенно выше среднего, а если юноши и девушки станут единственной группой населения, нападения на которую будут для преступников гарантированно безопасными, то ситуация может серьезно обостриться.
6. Насилие, оружие и нелетальное оружие
6.1 Вопрос: Как вы можете предлагать узаконить внесудебную расправу, фактически суд Линча, выдавать лицензию на убийство?
Ответ: Право на применение оружия при самообороне не имеет ничего общего с казнью, то есть с лишением жизни уже обезвреженного и захваченного преступника. С тем же успехом можно обвинить в линчевании милицию, когда при задержании гибнет, оказывающий сопротивление злоумышленник.
Огнестрельное оружие не предоставляет его владельцу ровным счетом никаких дополнительных юридических прав в отношении преступника. Если от применения оружия кто-либо пострадает, то действия его владельца будут расследоваться в обычном порядке, для выяснения того, действительно ли речь шла о необходимой обороне. Точно так же как они расследовались бы в случае гибели преступника при самообороне с использованием дубины или булыжника. И если выяснится, что преступник был убит уже после того, как он был обезврежен, виновный в этом будет нести ответственность на общих основаниях.
Не говоря уже о том, что в подавляющем большинстве успешных случаев применения оружия для самообороны преступник остается жив, убегая или отделываясь ранением.
6.2 Вопрос: Разве можно победить насилие насилием?
Ответ: Можно и нужно таким образом его ограничивать. Во всяком случае, мне не известны страны, которым удавалось бы обходиться без полиции и тюрем. Ставя вне закона гражданское оружие, запретители поощряют, а не искореняют насилие, связывая руки его жертвам. Наоборот, практика показала, что массовое гражданское владение оружием служит мощным средством профилактики для преступлений с применением насилия.
6.3 Вопрос: Насилие со стороны государство это одно, а прибегать к насилию самому совсем другое. Люди в форме выполняют свой долг. Отказываясь от права на насилие даже при самообороне, мы повышаем моральный уровень наших сограждан.
Ответ: Связывание рук уровень морали повышать не может.
Представление о том, что применение людьми силы в любой форме и в любой ситуации всегда зло разделяют очень немногие. Точнее сказать подавляющее меньшинство наших сограждан. Ну а мнение, что «то, что для человека в форме здорово, то для штатского смерть» и вовсе не имеет ничего общего с общепринятыми представлениями о морали и справедливости. Странно считать милиционера, застрелившего преступника, который взял в заложники ребенка, героем, а отца этого ребенка, сделай он то же самое, злодеем.
Но и самые крайние сторонники непротивления злу насилием, отрицающие даже государственное насилие, не обязательно поддерживают анти оружейное законодательство. Можно убеждать людей, что добровольная готовность кротко принять увечье или смерть, благословляя мучителей, сделает их образцом высокой морали и силы духа. Но эта проповедь, как бы к ней не относиться, не имеет ничего общего с тем, чтобы, оставлять жертву на произвол преступника, предварительно связав ей руки. А именно это и делают с нами запретители.
Мы ведь не предлагаем навязывать оружие тем, кому оно не по душе. Но при этом хотим, чтобы и нам не запрещали владеть им. Отрицать возможность применения оружия для самообороны и в то же время для поддержания этого запрета угрожать применением государственного насилия против добропорядочных граждан – вот что действительно аморально!
6.4 Вопрос: Оружие предназначено для убийства. Разве само его присутствие, не делает убийство потенциально приемлемым, не роняет в души людей зерно, которое прорастет потом в готовность прибегнуть к криминальному насилию?

Ответ: Оружие предназначено для стрельбы. Стрельбы в самых разных целях, включая: спорт, отдых и охоту. А люди, владеющие легальным оружием, ведут себя также или даже более законопослушно, чем и их невооруженные сограждане.
Строить догадки стоило бы, если бы у нас в руках не было фактов. А они — факты — твердо свидетельствуют, что нет связи между склонностью отдельных граждан и общества в целом к насилию и доступностью оружия. Скажем, Швейцария, Финляндия, Норвегия– это страны с массовым распространением оружия. А уровень насильственной преступности в них относительно невелик. Обратных примеров не счесть. Чтобы не ходить далеко вспомним хотя бы о себе. При относительно малом распространении легального оружия мы занимаем 2-е место в мире по числу убийств на душу населения после Колумбии.
То же самое касается отдельных граждан .Частота преступлений среди владельцев легального оружия в России, так же как и среди владельцев лицензий на право ношения оружия в США меньше, чем по всему населению в среднем.
Можно привести поступки и слова виднейших моральных авторитетов, проповедников милосердия и ненасилия, подтверждающие, что они не разделяли идей полного отвержения оружия. Помнящие Евангелие от Луки, знают, что мечи носили даже апостолы Христовы. Известный своей проповедью ненасилия Далай-лама XIV, отвечая на вопрос школьницы, говорит, что если кто-то вооруженный собирается убить тебя, то оправданно будет выстрелить в него из собственного оружия. (Добавив, правда, к этому пожелание не целиться в голову.) Наконец, один из самых выдающихся людей XX столетия, Махатма Ганди, первый сделавшим ненасилие главным принципом своей политической борьбы, активно боролся за отмену запрета на ношение оружия, который британские колонизаторы насаждали в Индии.
6.5 Вопрос: Но ведь уже существует нелетальное оружие самозащиты: газовые пистолеты, электрошокеры, резинострелы? Почему вы так настаиваете именно на летальном огнестрельном оружии? Ведь цель не убить, а остановить нападение.
Ответ: Мы настаиваем на праве владеть эффективным оружием. Возможность остановить нападающего с помощью всего этого «нелетального» инструмента на порядок меньше, чем у настоящего огнестрельного оружия. И здесь даже необязательно знать технические детали или печальную практику попыток применения газовых пистолетов для самообороны.
Просто задайте себе вопрос: Если это нелетальное оружие действительно столь эффективно, как об этом говорят высокие чины МВД, то почему они не заменят им Макаровы блюстителей порядка? Думается, ответ очевиден. Потери среди сотрудников милиции и так чересчур высоки. Если оставить их беззащитными, снабдив лишь пародией на оружие, то они возрастут многократно. То же касается и нас с вами. Но можно ли ожидать внимания к нашим проблемам от высоких чинов, живущих в охраняемых домах и коттеджах и уже имеющим привилегию ношения оружия!
Что же касается летальности, то резиновая пуля при случайном попадании в глаз или в горло тоже может убить. А летальность от огнестрельных ранений из пистолета составляет лишь примерно 15 %. А от легального сегодня дробовика выше 80 %, между прочим.
Это то, что касается отражения нападения. Но есть еще и вопрос предотвращения преступности. Понятно, что бандита никогда не испугает перспектива чихнуть от слезоточивого газа или получить синяк от резиновой пули. Т.е. профилактическое действие нелетального оружия мало отличается от нуля. А вот граждан вооруженных настоящим оружием преступники действительно боятся. На эту тему криминологи Райт и Росси проводили социологическое исследование среди заключенных в американских тюрьмах. Выяснилось, что 57 % из них опасались того, что их жертва окажется вооружена даже больше чем столкновения с полицией. 40 % сообщили, что у них была, по крайней мере, одна ситуация, когда они отказались от совершения преступления потому, что знали или предполагали, что их жертва может оказаться вооружена.
6.6 Вопрос: И все-таки чем конкретно плохи существующие виды нелетального оружия?
Ответ: Газовые пистолеты с разрешенными сегодня боеприпасами, по практически единодушным отзывам практиков, можно использовать разве что как пугачи. Случаи успешной самообороны с их применением очень редки. Электрошокеры часто нелегко применить, а их эффективность в огромной степени определяется такими обстоятельствами, как одежда и обильность потоотделения нападающего.
Бесствольные резинострелы по эффективности близки броску булыжника, но, к сожалению, отличается от булыжника недостаточной надежностью и большей вероятностью промаха. Пистолеты, стреляющие резиновыми пулями поточнее, но из-за низкой энергии выстрела обладают еще более низким останавливающим воздействием. Энергия выстрела у них в два раза меньше, чем даже у бесствольных и на порядок ниже, чем у «Макарова». А ведь даже из «Макарова» порой требуется несколько выстрелов, чтобы остановить разгоряченного противника.
Нельзя сказать, чтобы все виды нелетального оружия были совершенно бесполезны. Оно может иногда помочь отразить одиночное невооруженное нападение. Особенно если нападающий не слишком крепкого сложения и не слишком тепло одет. И если вы способны бегать достаточно быстро. Ведь чаще всего эти средства дают лишь небольшой выигрыш во времени. При вооруженном или групповом нападении, в ситуации, когда нападающий одет в плотную одежду, такое «оружие» скорее всего окажется совершенно бесполезным или даже вредным.
6.7 Вопрос: Но может быть все дело в технических характеристиках и нелетальное оружие можно довести до ума?
Ответ: Конечно, его можно сделать более эффективным. Например, увеличение энергии выстрела резинострела немедленно увеличит его останавливающее действие. Но одновременно с ростом его эффективности закономерно возрастет его способность нанести серьезную травму и лишить жизни. Став по-настоящему эффективным, такое оружие перестанет быть нелетальным. Но при этом будет уступать обычному пистолету в компактности и намного превосходить его в цене. Легализовав пули с нервно-паралитическим газом, мы сделаем более эффективными газовые пистолеты, но превратим их в оружие, способное причинить смерть, и к тому же в закрытых помещениях крайне опасное для самого обороняющегося и случайных свидетелей.
Если когда-нибудь появится действительно эффективное нелетальное оружие, мы узнаем об этом немедленно. Его начнут брать на вооружение полиции всего мира, сдавая в утиль свои Макаровы, Глоки и Кольты.
7.Использование статистики и применимость зарубежного опыта к России
8.Оружие и интересы отдельных групп населения
9.Позиция властей. Национальная безопасность, экономика.
7. Применимость зарубежного опыта к России и манипуляции статистикой

7.1 Вопрос: У нас очень высокая социальная напряженность, разгул насилия. Разве можно применять для такой ситуации закономерности, выведенные в куда более спокойных странах?
Ответ: Можно. Потому, что положительный эффект от легализации оружия тем больше, чем хуже было исходное положение с преступностью.
Скажем, в США, которые издалека представляются морем благополучия, были заселенные этническими меньшинствами городские районы, в которых отсидел срок почти каждый второй мужчина. Где треть молодежи до 28 лет никогда не работала, если не считать работой хождение за пособием, торговлю наркотиком и бросание под неосторожного автомобилиста с целью вымогательства компенсации. Где у многих и родители, что такое честный труд не знали и знать не хотели. Собственно, за счет таких гетто и образуются несообразно высокие цифры преступности в США.
Профессор Джон Лот провел статистический анализ того, как изменился уровень преступности в штатах США, где были введены в действие законы о праве на скрытое ношение оружия. (Ранее в большинстве из них полиция могла по своему усмотрению дать или не дать такое разрешение.) Причем анализ проводился по отдельным городам и районам. И выяснилось, на первый взгляд, удивительная штука. Снижение числа убийств, изнасилований, нападений происходило везде, но больше всего в самых криминальных районах. Негритянские районы выиграли в среднем больше, чем белые, в городах эффект оказался сильнее, чем в сельской местности.
Если вдуматься, то это не так уж странно. Именно в этих районах получить разрешение на оружие было труднее всего. Именно жители таких районов сильнее всего страдали от преступности, от беззащитности, именно там труднее было дождаться помощи от полиции.
Отличный результат дала легализация оружия и в Эстонии, где перед ее введением регистрировалось существенное повышение уровня преступности. Так что именно в наших условиях социального неблагополучия, невысокого профессионализма и глубокой коррумпированности правоохранительных органов положительный эффект от гражданского вооружения будет особенно силен.
7.2 Вопрос: Владение оружием требует определенной культуры обращения с ним. Не лучше ли вначале создать соответствующие условия, систему обучения, тиров, стрельбищ, обществ, а уже потом ставить вопрос об изменении законодательства.
Ответ: Очень хотелось бы. Но в жизни так не бывает. Для того чтобы научиться плавать в бассейн придется-таки залить воду. Всеобщая оружейная культура без массового владения оружием не разовьется никогда.
Хотя, конечно же, распространение, пропаганда оружейной культуры сегодня одна из основных наших задач и задач многих других организаций, объединяющих людей, которым не безразлично оружие.
Учиться обращению с оружием необходимо на специальных курсах, осваивать навыки стрельбы в тирах и на стрельбищах. При возникновении массового спроса после легализации ношения короткоствольного оружия число их немедленно и существенно увеличится и без всяких искусственных мер, федеральных программ и прочих методов целевого разбазаривания средств налогоплательщиков.
К счастью, при нашем обилии ветеранов вооруженных сил и органов внутренних дел у нас есть кадровый резерв по инструкторам и тем, кто может ими стать после минимальной переподготовки. Однако число оборудованных помещений в городах конечно недостаточно и здесь будет очень важно изменить практику МВД, которое сегодня часто препятствует созданию частных тиров.
7.3 Вопрос: В России пьют как нигде. И не только зарегистрированные в наркодиспансере алкоголики, которых можно отсеять. У нас застолье часто кончается потасовкой. А ведь алкоголь и оружие несовместимы! Допустимо ли в таких условиях допускать людей к оружию?
Ответ: Не стоит чересчур задаваться. Просто не все знают, как пьют финны, норвежцы или датчане, например. А в этих странах оружейное законодательство весьма либеральное. Финляндия, вообще занимает одно из первых место в мире по распространенности частного владения оружием.
А еще позвольте спросить: как вы думаете, часто блюдут сухой закон наши охотники? Однако что-то не слышим мы леденящих душу историй о перестрелках в охотхозяйствах.
Далее, у нас в стране сегодня почти пять миллионов единиц легального огнестрельного оружия. Его владельцы в большинстве своем вовсе не трезвенники, не специально отобранные люди. И «употребляют» они чаще всего именно на дому, где оружие и хранится. Но лишь один из нескольких тысяч (это не описка – ОДИН ИЗ ТЫСЯЧ) владельцев такого оружия совершает убийство.
Давайте оставим досужие рассуждения! Практика уже однозначно доказала: подавляющее большинство нормальных людей не станет спьяну расстреливать товарищей. А тем немногим, кто способен на это, пистолет вовсе не обязателен. Они прекрасно обходятся кухонным ножом. На сегодняшний день это главное оружие массового поражения в нашей стране. Но что-то не слышно от запретителей призывов изъять его из обращения и заменить пластмассовыми ножичками.
7.4 Вопрос: Соответствует ли личное оружие нашим нравственным ценностям? Подходит ли нам принцип «Каждый только за себя»?
Ответ: Оружие не определяет жизненные принципы. Это всего лишь инструмент. И в руках очень многих оно поможет проявить наши лучшие качества. Сегодня на вас могут напасть средь бела дня при множестве свидетелей. И очень много шансов, что никто не вмешается, не придет на помощь. Не всегда из-за равнодушия. Очень часто люди просто чувствуют себя абсолютно беспомощными, считают (иногда даже не без оснований), что ничем не смогут помочь вам, а лишь пострадают сами. Если бы на улицах оружие было в руках добропорядочных граждан, а не только у бандитов, то наши шансы получить помощь в нужный момент резко выросли бы.
7.5 Вопрос: О каком ношении оружия можно говорить, если у нас сейчас стреляют даже при простых дорожно-транспортных происшествиях?
Ответ: При ДТП стреляют сегодня, в основном, бандиты. И стреляют естественно из нелегального оружия, по пулям и гильзам которого их невозможно найти. Добропорядочный человек первым обнажать свое зарегистрированное и отстрелянное оружие в такой ситуации естественно не станет. Если речь, конечно, не идет о самозащите. А если идет, то можно только радоваться тому, что он перестанет быть безгласной жертвой. Со временем, и многие бандиты уверенные сегодня в своей полной безнаказанности, станут остерегаться хвататься за оружие.
7.6 Вопрос: Вы не забываете об особенностях российского менталитета? Мы не США, у нас другой исторический опыт, другие традиции. Личное оружие подразумевает высокую ответственность за свои решения, уравновешенность, правовую культуру. Где вы их у нас видели? Не может ли то, что хорошо работает в США, привести у нас к прямо противоположным последствиям?
Ответ: Менталитет, конечно, шибко умное слово. Но от его употребления мифы о нашей национальной неполноценности, к счастью, не становятся явью. Начнем с того, что до прихода к власти большевиков, легальное владение личным оружием в Российской империи имело самое широкое распространение. Причем в самых разных социальных группах, включая и крестьянство. Во многих регионах (север Европейской России, Сибирь, казачьи поселения) оно было практически всеобщим.
Практика показывает, что 70 лет советской власти не лишили нас способности ответственно владеть оружием. Более четырех с половиной миллионов легальных стволов практически не стреляют зря. По-прежнему, у нас в стране остаются зоны массового владения оружием (север, Сибирь, Северный Кавказ). При этом речь частично идет об оружии хотя и нелегальном формально, но в то же время по большей части некриминальном, на существование которого местные власти разумно предпочитают закрывать глаза.
Владение и ношение короткоствольного оружия уже давно легализовано в Эстонии с ее огромным и, в значительной степени, компактно проживающим на северо-востоке русскоязычном населением. По свидетельству эстонской полиции поведение русскоязычных владельцев легального оружия ничем не отличается от их эстонских сограждан.
Население Израиля уже на четверть состоит из выходцев из СССР, но это не мешает солдатам (а там ими ежегодно оказывается каждый мужчина призывного возраста) в обязательном порядке ходить в увольнительную с автоматами.
За последние 15 лет это не первый раз, когда ссылаясь на «менталитет» нам предлагается смириться с разного рода дрянью. Многие прекрасно помнят, как на заре Закона о кооперации ученые мужи всерьез толковали о том, что предпринимательство в России возродить невозможно. По крайней мере, сейчас. Может лет через пятьдесят, говорили они, и удастся вывести нового российского предпринимателя. (Очевидно в пробирке путем скрещивания.) Многие помнят, как то же самое говорилось о свободной прессе, о хамском поведении продавцов, о суде присяжных. И много о чем другом.
Если же попытаться оценить то, как введение права на ношение короткоствольного оружия скажется на уровне преступности в России, исходя из объективных различий в ситуации, а не из мифов о собственной ущербности, то вывод будет прямо противоположный. Положительный эффект от легализации у нас оказаться гораздо сильнее, чем в США.
Этому есть несколько причин. В США штаты, принимавшие законы, гарантирующие право несудимых граждан получить лицензию на скрытое ношение оружие и до того, в большинстве случаев, такие лицензии выдавали. Только полиции предоставлялось право самой решать, кому выдать лицензию, а кому нет. Самые благонадежные и законопослушные, самые нуждающиеся в оружии в силу своей профессии оружие могли получить раньше. Соответственно некоторое положительное влияние на уровень преступности они уже оказывали и статистический эффект от введения право на ношения для всех остальных оказывался меньше.
В большинстве штатов США выдается лицензия именно на право ношения. Само оружие не регистрируется и не отстреливается. Соответственно и возможности идентифицировать стрелка по гильзе и пуле там обычно нет. Даже при этом оказывается, что владельцы лицензий на право ношения крайне редко совершают правонарушения, связанные с применением оружия. В России же с нашим законом, требующим всеобщей регистрации и отстрела легального нарезного оружия, возможность его использования для совершения преступлений оказывается еще на порядок меньше.
В США действует относительно эффективные и умеренно коррумпированные правоохранительные органы, малокоррумпированная судебная система. Разумеется, как было сказано ранее, никакие правоохранительные органы не способны полностью гарантировать нашу безопасность и сделать самооборону излишней. Но значение ее тем больше, чем в меньшей степени мы можем рассчитывать на государство в обеспечении нашей безопасности.
А то, как мало можно на него рассчитывать в России сегодня многие из нас знают не с чужих слов. Раз так, то и эффект от введения права на эффективную самооборону за пределами собственного дома может оказаться у нас гораздо существеннее, чем в странах с эффективной полицией и судом.
7.7 Вопрос: Вы приводили данные о преступности, свидетельствующие в пользу права на ношение оружия. Но мне приходилось читать материалы сторонников запрета оружия, в которых приводилась противоположная статистика. Каким цифрам верить?
Ответ: К сожалению, цифрами статистики действительно часто манипулируют. И чтобы не стать жертвой намеренного или случайного обмана нужно знать основные приемы таких манипуляций.
Для начала следует быть очень внимательным. Читая о числе погибших от огнестрельного оружия, помните, что в их число входят не только убийства, но и самоубийства и случаи законного применения оружия полицией и гражданами. При этом число самоубийц чаще всего существенно выше числа погибших от рук преступников.
Например, вы читаете сообщение, что в Австралии после введения ограничений на владение оружием в 1996 году произошло снижение количества смертей от огнестрельного оружия. В 1995 году их было 479, а в 1997 году стало 437. Возникает ложное впечатление: запрет привел к снижению преступности.
Но если же мы помним, что большинство этих погибших составляют вполне законопослушные самоубийцы, то вполне очевидно, что после изъятия части легального оружия общее число смертей от огнестрельного оружия должно было снизиться именно за их счет. И действительно выясняется, что с 95 по 1997 год число самоубийств с использованием огнестрельного оружия снизилось с 388 до 330. А вот число убийств с использованием огнестрельного оружия, наоборот, возросло с 67 до 79! Но особенно сильно после частичного изъятия оружия у законопослушных граждан в Австралии возросло число ограблений. В том числе и нападений с применением разного рода оружия. Например, в 1995 году, предшествующем запрету, было совершено 5258 вооруженных ограблений, а в 1997 году их стало уже 9054.
Но, может быть, удалось, по крайней мере, спасти жизни некоторых самоубийц? Увы, выясняется, что снизилось лишь число самоубийц, использовавших огнестрельное оружие. Общее число их тоже выросло. Ведь наличие оружие не имеет никакого отношения к причинам, по которым люди принимают решение проститься с жизнью. Не будет пистолета – найдется десяток других способов: от петли и яда до броска с высоты.
Другая манипуляция. Сваливание в одну кучу разнородных явлений. Очень часто это делают в отношении легального и нелегального оружия. Привести статистику роста нелегального оборота оружия, сообщить об увеличении числа преступлений с его применением, показать связь этих цифр и сделать из этого вывод о том необходимо ограничить владение легальным оружием, не имеющего к этим преступлениям никакого отношения. Вот один типичнейших примеров злоупотребления статистикой.
Еще один пример: игнорирование социальных, культурных и психологических корней преступности. Утверждать, что запрещение оружия полезно или вредно, поскольку в той или стране, преступность сегодня низкая или высокая всегда грубая ошибка. Преступность зависит от десятков факторов. Среди стран с запретом на ношение оружия спокойная Япония и страны с высоким уровнем преступности наподобие Великобритании, Мексики или России. И наоборот оружие широко распространено в Финляндия, Израиле, Швейцарии с их относительно низким уровнем насильственной преступности, таки в США с их высоким, хотя и снижающимся последнее десятилетие, числом преступлений. Это даже, если не говорить о том, что регистрируются далеко не все преступления, и доля нерегистрируемых во всех странах разная.
Следует также иметь в виду, что связь между оружием и преступностью не только прямая, но и обратная. Не только преступность зависит от вооруженности, но и вооруженность стимулируется преступностью. Когда криминальная угроза возрастает, честные люди начинают приобретать оружие для самозащиты.
Поэтому судить о том, как влияет запрет легального ношения оружия на преступность можно лишь по тому, как меняются криминальные тенденции в момент изменения оружейного законодательства на более свободное или наоборот запретительное. При этом наиболее убедительны такие данные, когда они анализируются на большом числе случаев – например как у Джона Лотта, который анализировал последствия введения законов об обязательной выдаче лицензии на ношение оружия по нескольким десяткам штатов США или когда сопровождаются анализом структуры преступности. Например, рост в полтора раза числа ограблений в Австралии после введения ограничений на оружие можно было бы попытаться объяснить простым совпадением. А вдруг там именно в этом году редко ухудшилась социально-экономическая ситуация? Но тогда выросло бы и число преступлений, при которых у преступника не возникает прямого контакта с жертвой: краж, угонов автомобилей. А оно осталось примерно на том же уровне.
Еще один вариант манипуляции – подмена цели. Скажем, вероятность погибнуть от пули из собственного пистолета, сравнивается с шансами застрелить преступника. Высчитывается, что второе менее вероятно.
При невнимательном прочтении может показаться, что из этого следует — оружием лучше не владеть. А при внимательном становится ясно, что помимо обычной манипуляции с самоубийствами (а огромное большинство смертей причиненных собственным оружием это они) произошла еще и подмена цели. Ведь задача самообороны не убить преступника, а отразить нападение. Подавляющее большинство случаев самозащиты сводится к демонстрации оружия или предупредительному выстрелу, но даже в случае попадании из короткоствольного оружия оно оказывается смертельным лишь примерно в 15 % случаев. Один убитый преступник приходится на несколько сот случаев успешной самообороны, и именно с их числом и было бы правильно проводить сравнение. Неточные понятия. Скажем, встретив в американской литературе статистику, касающуюся детей, не поленитесь уточнить возраст. Выяснится, что во многих случаях речь идет о людях в возрасте до 19 или даже до 21 года. Соответственно приводимые цифры смертности относятся, в первую очередь, не к младенцам, добравшимся до папиного пистолета, как это можно было бы подумать, а к молодежным бандам, воюющим за рынки сбыта наркотиков. Еще один недобросовестный прием: сравнивать отличающиеся между собой группы людей. Например, если подсчитать количество нападений на людей, владеющих оружием, то наверняка выясниться, что с ними это случается гораздо чаще, чем с теми, у кого оружия нет. Что же, оружие каким-то магическим образом притягивает беду к своему владельцу? Конечно, нет! С тем же успехом можно было бы утверждать, что попадание в больницу само по себе смертельно опасно. Ведь смертность у их пациентов гораздо выше, чем по населению в среднем! Понятно, что на самом деле причина перепутана со следствием. Люди попадают в больницы потому, что их здоровье уже подорвано. Так и с оружием. Его приобретают и носят, в первую очередь, именно те, кто в наибольшей степени подвергаются угрозе нападения. Если, помня обо всем этом, вы внимательным образом изучите статистические данные, которые запретители пытаются предъявлять, как свидетельства полезности запретов на ношение оружия, то легко убедитесь, что они не доказывают ровным счетом ничего.
8. Оружие и интересы отдельных групп населения
8.1 Вопрос: Вам не кажется, что ваши предложения не учитывают интересов женщин? Ведь они же не станут ходить по улицам с оружием! А опасности от окружающих для них станет больше.
Ответ: Все с точностью до наоборот. Запрещая честным людям эффективным оружием, именно нынешнее законодательство, ставит в неравноправное положение тех, кто физически слаб и не владеет навыками драки. Сегодня видя женщину, инвалида, пожилого человека преступник практически на 100 % убежден в беззащитности своей жертвы, в том, что его жизни и здоровью при нападении ничего не угрожает. Оружие великий уравнитель. Даже если вам за 70, и вы перемещаетесь только в инвалидной коляске, с пистолетом вы представляете с собой СМЕРТЕЛЬНУЮ угрозу для нападающего. Это, кстати, не фигура речи. Подобное случалось.
Кроме того, вовсе не все женщины так уж плохо относятся к оружию. Есть и такие, которые приобретут его немедленно после того, как закон предоставит им такую возможность. А уж по меткости при равной подготовке женщины сплошь и рядом обгоняют мужчин, что хорошо известно инструкторам по стрелковой подготовке.
Ношение оружия для женщины даже более важный фактор безопасности, чем для мужчин, которые, по крайней мере, в части случаев могут отразить нападение. (В первую очередь в ситуации, когда речь идет об угрозе от одного невооруженного преступника.) Для женщин наличие оружия существеннее, чем для мужчин повышает шансы благополучного исхода сопротивления. Например, по данным специального исследования Департамента юстиции США, проведенного в 1979 году, обычно попытки изнасилования оказывались успешны в 32 % случаев. А вот в случае, если жертва нападения защищалась с помощью пистолета или ножа, эта цифра снижалось до 3 %.
И даже если женщин, носящих оружие, будет не так уж много потенциальный грабитель или насильник все равно не может быть больше уверен, что превосходство в физической силе позволит ему одолеть свою жертву. А значит, нападений станет меньше, и от права на ношение оружия выиграют и те женщины, которые никогда им не воспользуются.
8.2 Вопрос: Я в любом случае не собираюсь носить оружия и, думаю, что большинство не будет. А попасть под пулю мы сможем. Зачем же менять законодательство в интересах меньшинства?
Ответ: Те, кто не станут носить оружие, тоже выиграют от его легализации. Пусть у вас и нет с собой пистолета. Но это знаете вы, а вовсе не преступник. Со дня его легализации у вас не будет написано на лбу большими буквами. «Я беззащитна или Я беззащитен».
Кроме того, у нас появится больше шансов на помощь окружающих. Сегодня преступления нередко совершаются средь бела дня и в людном месте. И даже люди неравнодушные порой не приходят на помощь, чувствую себя совершенно бессильными. Если бы у них было оружие, то жертве преступления гораздо чаще приходили бы на помощь. И, наконец, практика показывает, что после легализации оружия многие преступники меняют свое поведения и переключаются на преступления не связанные с насилием.
8.3 Вопрос: Подумали ли вы о детях? Ведь они тоже будут гибнуть от применения оружия.
Ответ: К сожалению, дети постоянно становятся жертвами преступлений. Каждый год сотни их погибают от рук преступников. Часто их убивают вместе с родителями, чтобы не оставлять свидетелей. Наша цель– получить, наконец, возможность защищать своих детей.
8.4 Вопрос: Но ведь возможны и несчастные случаи, связанные с попаданием оружия в руки ребенка?
Ответ: Эксплуатация этого аргумента– это одна из самых грубых и нечестных манипуляций со стороны запретителей. И даже не потому, что такие случаи крайне редки. Хотя их действительно очень мало. Этот ход рассчитан на использование лучших человеческих чувств, на то, что когда речь заходит о благополучии и безопасности ребенка, мы зачастую теряем способность рассуждать здраво.
К сожалению, мир взрослых, в принципе, не безопасен для ребенка и почти каждое его изменение наряду с плюсами приносит и новые опасности. Взрослые строят высокие дома, и дети начинают выпадать из окон и балконов, разбиваясь насмерть. Мы ездим на автомобилях, и дети попадают под колеса. В квартиры проводят газ, и теперь простой поворот вентиля может создать смертельную угрозу и для самого ребенка и для всех окружающих. Мы начинаем пользоваться электричеством, и дети гибнут от ударов тока. Мы ставим во всех квартирах ванны, и ежегодно в них тоже тонут дети.
Отличается ли чем-то от рисков всех этих благ цивилизации риск, который несет в себе для детей наличие оружия в доме? Несомненно, отличается, поскольку лучше поддается контролю. Мы имеем возможность устранить риск несчастного случая с оружием, выполняя простейшие правила безопасности и аккуратно запирая оружие в недоступное для ребенка место. Второе отличие от многих потенциально опасных для ребенка достижений цивилизации в том, что оружие в руках у родителей в отличие от газовой плиты и ванны может спасти жизнь их детей.
Однако мы что-то не видим энтузиастов введения запреты на ванны, с поголовной заменой их на душевые кабины ни у нас в стране, ни за рубежом. Хотя, между прочим, в США, с их 200 миллионами стволов на руках у населения, в возрастной группе до 14 лет дети тонут в ваннах и джакузи заметно чаще, чем гибнут от неосторожного обращения с оружием. И это заставляет заподозрить, что благополучие детей в этом вопросе интересует запретителей в самую последнюю очередь.
9. Позиция властей
9.1 Вопрос: Почему МВД так решительно выступает против легализации оружия? Разве им не виднее что к чему?
Ответ: К сожалению, ведомственные интересы чиновников и многих сотрудников правоохранительных органов далеко не всегда совпадают с интересами общества, на благо которого они по идее должны работать. В частности, ограничение права на владение оружием создает дополнительные возможности для получения дохода, как легального, через вневедомственную охрану, так и нелегального. Исследования экспертов лаборатории экономической социологии Института социально-экономических проблем народонаселения РАН выявили, что дополнительные доходы сотрудников правоохранительных органов измеряются суммами от 1 до 3 млрд. долларов в год.
Помимо этого запретители создают прекрасную возможность фальсифицировать уголовные дела недобросовестным следователем. Достаточно «найти» в бардачке автомобиля или ящике стола несколько патронов и можно открывать уголовное дело, сажать в КПЗ.
Никакими общественными интересами не объяснишь также, почему значительная часть криминальной статистики до сих пор скрывается под грифом ДСП, лишь время от времени удобным кусочком всплывая на поверхность в выступлении милицейского начальника.
В частном порядке, очень многие профессионалы, занимающиеся борьбой с преступностью, право на ношение оружия поддерживают. И даже милицейские начальники, оказавшись в отставке, зачастую высказываются совсем не так, как их связанные дисциплиной коллеги. Например, в пользу существенного расширения прав на ношение оружия высказывались двое недавних руководителей ГУВД Москвы.
9.2 Вопрос: Не думаете ли вы, что власть не хочет дать нам право на оружие, поскольку боится собственного народа?
Ответ: Кто-то может и боится, но не думаю, чтобы это было основным мотивом всех представителей власти. Когда большевики в 1918 году принимали Декрет об изъятии оружия, то причины его действительно были сугубо политические. Но сегодня как раз полуавтоматические винтовки на базе Калашникова и прочее оружие уличных боев у нас вполне легально. А простой дамский пистолетик, для свержения власти явно не слишком приспособленный, до сих пор находится вне закона.
Так что скорее можно говорить об инерции мышления людей выросших в обществе, лишенном оружейной культуры, где оружие в руках человека не одетого в униформу автоматически вызывает ассоциации с криминальными сводками и боевиками. По нашему впечатлению политическая власть всерьез еще и не задумывалась над этой проблемой. Формулирование государственной политики в этом вопросе в значительной мере отдано на откуп МВД. А МВД, к сожалению, исходя из своих корыстных интересов, пытается направить ее в запретительное русло.
Если нам удастся поставить эту проблему в центр общественного внимания, добиться того, чтобы миллионы людей проявили к ней живой интерес, то политическая власть волей-неволей должна будет заняться вопросом гражданского владения оружием уже всерьез. И, как нам кажется, существуют вполне реальные шансы на изменение ее позиции. Ведь сколько-нибудь серьезных, выдерживающих минимальную критику, обоснований для запрета ношения оружия не существует .А результат его отмены может быть очень значительным. И не только для снижения преступности, но и в обеспечении национальной безопасности и ускорении экономического развития России.
9.3 Вопрос: Может ли широко распространение гражданского владения оружием сыграть решающую роль в борьбе с терроризмом?
Ответ: Решающую не сможет. Основная тяжесть борьбы с терроризмом в любом случае ляжет на правоохранительные органы. При каких-то терактах оружие и вовсе помочь не способно. Например, если речь идет о взрыве бомбы в людном месте.
Но свою лепту в борьбу с терроризмом народное вооружение все же внесет. В частности, широкое распространение владения и ношения оружия создаст менее благоприятную обстановку для вылазок в пограничных районах, наподобие тех, которые имели место в Дагестане, для случавшихся у нас одновременных захватов сотен или тысяч людей заложниками, для стрельбы одиночек в людных местах.
9.4 Вопрос: Вы считаете, что окажись у заложников в Беслане оружие, они смогли бы отбиться от боевиков?

Ответ: Дело не в этом. Даже выиграв в перестрелке, террористы попадали бы в крайне неблагоприятную ситуацию. Многие из них были бы убиты и ранены. Большинство заложников, вероятно, успело бы бежать. Жертв среди детей могло бы оказаться гораздо меньше, чем в ситуации, когда они гибли не только от стрельбы, но и от взрывов и пожара в закрытом помещении. Поэтому, если бы существовала угроза вооруженного отпора со стороны родителей, боевики даже не стали бы пытаться совершить нападение на школу в той форме, в которой оно было осуществлено.
9.5 Вопрос: Может ли более широкое распространение владения стрелковым гражданским оружием повлиять на обороноспособность страны?
Ответ: Несомненно. Разумеется, в современных войнах основную роль играет армия, оснащенная гораздо более мощными вооружениями. Но на практике, все большее количество вооруженных конфликтов проходит в формах партизанской войны и диверсионных рейдов. А в таких ситуациях способность населения дать первоначальный отпор или поддержать действия вооруженных сил может оказаться очень существенной. Чтобы далеко не ходить, вспомним хотя бы роль ополчения в отражении вторжения боевиков в Дагестан. Для России с ее огромной территорией возможность до прибытия подкреплений опереться в первый, самый критический момент на быстро формируемые отряды вооруженных добровольцев на местах может быть достаточно существенна. Особенно, если такие люди будут заранее организованы и хотя бы минимально обучены в организации наподобие национальной гвардии.
Кроме того, широкое распространение оружейной культуры может облегчать задачи вооруженных сил по обучению новобранцев, что особенно актуально в связи с сокращением сроков военной службы. И, наконец, оно может помочь увеличить число, желающих стать контрактниками. Во всяком случае, по американским данным, принадлежность к семье с оружейной культурой существенно повышает вероятность решения поступить на военную службу.
9.6 Вопрос: Как право на ношение оружия может повлиять на экономику?
Ответ: Двумя путями. Во-первых, прямое стимулирование развития отраслей промышленности и сферы услуг, связанных с оружием. Это не только производство оружия, но и боеприпасы к нему, разнообразное вспомогательное снаряжение, услуги тиров, обучение стрельбе и многое другое.
Но гораздо более важен второй результат. В сравнении и с большинством развитых и с большинством развивающихся стран у нас очень мала доля малого бизнеса. Между тем этот сектор играет очень существенную роль, обеспечивая значительную часть инноваций, быстрее всего реагируя на покупательский спрос, снижая безработицу и социальное напряжение. Помимо бюрократических барьеров одна из основных причин этого невозможность самостоятельно защититься даже от мелкой шпаны. Понятно, что найма охранника индивидуальный предприниматель позволить себе обычно не может.
В результате существующий малый бизнес обескровливается данью, которую платит или бандиту или пользующейся его беззащитностью милицейской крыше. Самое неприятное при этом то, очень многие люди способные с пользой для себя и для других завести новое дело к нему даже не приступают. Право на ношение оружия даст, наконец, мелким предпринимателям возможность защитить плоды своего труда.